Общество и Власть. Антикоррупционное издание России

Стенограмма совещания в правительстве Камчатского края о ценах на топливо (17 апреля)

25 апреля инициативная группа жителей Петропавловска-Камчатского призывает горожан прийти на митинг против высоких цен на топливо. Следует предполагать, что на нём будут клеймить власть, которая «допустила» повышение цен. Несомненно ситуацию используют в своих целях оппозиционеры. К примеру один из них был с протестантами 10 апреля когда они блокировали въезды на АЗС и бросал провокационные лозунги, разжигая толпу, что виной всему краевая власть.

Вашему вниманию хотим предоставить стенограмму совещания по топливу которое проходило 17 апреля в краевом правительстве под руководством Ирины Унтиловой, которая на тот момент была и.о. губернатора. Бурная дискуссия с руководителем УФАС Андреем Петровым по сути вылилась в спор, кто должен реагировать на повышение цен монополистом в первую очередь — правительство, или УФАС.

Из стенограммы вы поймете, что у правительства рычагов намного меньше, чем у УФАС, потому что это рынок и власть не имеет права вмешиваться в деятельность хозяйствующих субъектов частной соственности. А. Петров оправдывается, что у них тоже не хватает рычагов, и у них нет права на оперативно-розыскную деятельность. Т.е. он бы с радостью хотел, чтобы УФАС стало новой спецслужбой.

В общем не мешало бы почитать организаторам митинга да и всем любопытствующим, интересующимся экономикой. перекрыть то АЗС, выйти на митинг и ругать власть много ума то не надо. (Картинка справа сделана задолго до киевского майдана)

 Унтилова Ирина Леонидовна, вице-губернатор (на фото слева). — Уважаемые коллеги, добрый день. Сегодня мы с вами проводим рабочую встречу, совещание о ситуации, которая создалась в крае в связи с повышением цен, связанном (неразб.) достаточно негативную позицию в обществе. И людей можно понять. Нам нужно понимать почему это произошло, что мы сейчас можем сделать, какова ситуация на сегодняшний момент и что мы сейчас можем сделать для того, чтобы применить все возможные рычаги для стабилизации этого вопроса.  Поскольку, в конечном счете, это все отражается на социальном (неразб.) остальной территории. В принципе мы все здесь с вами понимаем, что вот такой скачкообразный рост цен, непредвиденный и непредсказуемый, это ненормально. Поэтому здесь приглашены все заинтересованные участники сторон, за исключением прокуратуры. Мы написали письма в прокуратуру, в Управление государственной антимонопольной службы по Камчатскому краю с просьбой провести проверки и принять меры. Поэтому здесь находятся представители Министерства. Давайте сейчас обсудим в рамках своих полномочий, какие действия были предприняты, что еще возможно сделать, и предложения по нашим дальнейшим позициям. Пожалуйста, Марина Анатольевна.

 

Суббота Марина Анатольевна, министр эконом развития. Я, наверно, начну с того, что Минэкономразвития уже не одну неделю, так скажем, а больше месяца этим занимается, анализом этого вопроса. И проанализировав ту ситуацию,  как складывается стоимость топлива у нас здесь на Камчатке, есть определенные моменты. И сегодня, если говорить о том, что вводить регулирование на территории края или не вводить его, нужны, конечно, цифры. Проанализировав ту надбавку, которая существует, и то регулирование, которое мы можем ввести, сказать о значительном снижении цен сегодня нельзя. Вот на тот взгляд, на те цифры, которые мы получили в рамках своей компетенции, которые нам дали. Поэтому, понимая, что у нас, у антимонопольной службы, тоже есть определенные полномочия, как говорят на сегодняшний день, они немалые, может быть, даже больше, чем прокуратура в этой части. Хотелось бы наши усилия объединить, получить более достоверную информацию от «Камчатнефтепродукта», проанализировав не только ту наценку, которая существует, но и те транспортные расходы, которые тоже достаточно высоки. Анализ Минэкономразвития сделал такой вывод, что они за год росли 4 раза. Это тоже достаточно интересно и почему это так. И, конечно, такой вопрос, который на слуху у всего населения, почему в Магадане на три рубля дешевле, при этом там такие же условия, что и у нас, мягко говоря.

Сегодня Минэкономразвития обладает всеми аналитическими, информационными, всеми остальными попутно, не имеет той широты полномочий по запросу информации. В принципе, все понимают, что «Камчатнефтепродукт» – это бизнес, это коммерческая организация, которая имеет право на коммерческую тайну и так далее. Но это организация – все-таки монополист. И даже принимая, если сегодня мы примем решение вводить регулирование, мы должны понимать, что это достаточно снизит ту обстановку, которая есть, а не позволит на какие-то уловки уйти, и выносить какие-то расходы, другие статьи затрат, которые не попадают в эту наценку. Поэтому хотелось бы с антимонопольной службой это обсудить. Я знаю, что и МинЖКХ у нас тоже достаточно занимается, имеет эту информацию, да? Есть ли такая возможность объединить наши усилия и против этого монополиста предпринять какие-то действия?

Петров Андрей Васильевич, начальник Управления Федеральной антимонопольной службы (УФАС) (на фото справа). Сейчас ситуация такая. Дело в том, что при каком-либо повышении цены, допустим, о которой сейчас говорится, нас всегда уведомляют по данному мероприятию, предоставляются нам всевозможные документы, письма о повышениях каких-то. Все это мы принимаем. Нам дают калькуляцию эту расписанную, затраты на то-то – такая-то сумма, затраты на то-то – такая сумма. Мы это проверяем. Они предоставляют нам даже документы первичные, мы все это подтверждаем. Каким образом дальше действовать, мы не знаем, потому что логистику, которая выстроена ими, невозможно убить. Вмешиваться в логистику хозяйства субъекта мы тоже не можем, потому что это хозяйствующий субъект, который делает так, как хочет. Я считаю, что здесь должна сработать как раз администрация края и прокуратура. Почему, потому что у нас целые министерства сидят, которые хотят функции не выполнять, а деньги получать. Нужно рассчитать, посмотреть другую логистику. Просто вникнуть в этот вопрос. У нас нет оперативно-розыскной деятельности. У нас ее нет. У нас есть возможность только делать запрос и получить ответ. Но мы не силовые структуры, мы не правоохранительные органы. Значит, то, что нам дают, мы сможем проверить. А для этого у нас существует надзорный орган, который должен смотреть, есть ли здесь коррупционная составляющая, есть ли здесь нарушения, может быть, просто уход от налогов. Бывает такое, что когда поставляют нефтепродукты, там куча посредников всяких разных. Для чего они созданы? Это просто пустые предприятия, которые просто увеличивают затратный механизм. И соответственно увеличивается цена. Это не наши полномочия. Здесь мне бы хотелось сказать, всем поможем, что есть у нас. Но у нас, еще раз повторяю,  нет оперативно-розыскной деятельности. А запрос сделаем.  Есть ли такая возможность объединить наши усилия и против этого монополиста предпринять какие-то действия?

Суббота М.А. Андрей Васильевич, вот когда вы говорите, запрашиваете информацию, вам они ее всю дают, вы не видите там, есть ли посредники, нет ли посредников? Вот это нельзя увидеть?

Петров А.В. Понимаете, там очень длинная цепочка посредников.

Суббота М.А. То есть, они все-таки есть?

Петров А.В. Конечно, есть. Сам «Востокнефтепродукт» – это посредник, потому что это посредник от «Роснефти».

Суббота М.А. Ага, ну это дочка. А вот ту информацию, которую вы имеете, вы ее можете передать нашим министерствам?

Петров А.В. Там передали, по-моему?

Порфирьева Светлана Николаевна. Нет, наверно.

Петров А.В. Это я представлю. Это наш начальник экономического отдела управления, который непосредственно занимается этим вопросом Порфирьева Светлана Николаевна.

Порфирьева Светлана Николаевна (УФАС). Спасибо. Вот вы говорите, что у нас очень большие полномочия. Все обращаются к нам с просьбой оценить обоснованность роста цен. Но мы не проверяем обоснованность повышения цен. В соответствии с нашими полномочиями мы проверяем, был ли факт нарушения антимонопольного законодательства. А он заключается, может заключаться установлением монопольно высокой цены. Мы все прекрасно  понимаем, что при рентабельности, не превышающей 10 процентов, никакой монопольно высокой цены здесь быть не может. То, что говорили с министром Кондратьевым, мы можем и предлагали создавать совместную проверку, и в рамках своих полномочий мы будем запрашивать обоснованность всех затрат, допустим, счета-фактуры «Востокнфтепродукта», что они повысили цены, какие-то подтверждающие их затраты. Мы не можем диктовать соответствующему субъекту, каким образом и из какого порта ему осуществлять доставку, каким танкером везти, по каким ценам закупать нефтепродукты.

Эта ситуация сложилась потому, что «Камчатнефтепродукт» оказался единственным на рынке по продаже вот этих нефтепродуктов. Выход мы видим все-таки в том, и предлагаем Правительству Камчатского края рассмотреть вопрос все-таки о создании какой-то конкурентной среды, может быть, альтернативного какого-то поставщика в лице ГУПа, который закупал где-то, может, со скидкой договаривался, осуществлял доставку. И тогда правительство Камчатского края непосредственно могло бы контролировать этого поставщика, и его расходы. И глядишь, была бы какая-то конкуренция «Камчатнефтепродукту». И тогда мы бы говорили.

Унтилова И.Л. Можно мне вопрос? Скажите, пожалуйста, вот вы получили информацию о том, что идет повышение цен, планируется повышение цен. У вас отсутствуют полномочия принять какие-либо действия? Равно как этих полномочий у надзорных органов нет и у органов исполнительной власти. Вот, а вы получили. Дальше какие ваши действия?

Порфирьева С.Н. Мы осуществляем проверку на предмет именно наличия или отсутствия факта нарушения антимонопольного законодательства.

Унтилова И.Л. В этой ситуации вы ее осуществляли?

Порфирьева С.Н. В этой ситуации, да, осуществляли.

Унтилова И.Л. Так, и какой вы сделали вывод?

Порфирьева С.Н. Дело в том, что проверка еще не закончена. Но я вам сразу скажу.

Унтилова И.Л. Проверка началась после нашего письма или вы ее заранее начали?

Порфирьева С.Н. Мы ее заранее начали. Мы всегда знаем, что эти проверки после каждого повышения цен осуществляются. Запрашиваем документы. Но нарушения антимонопольного законодательства, вот мы всегда пишем, в их действиях не усматриваются, нет фактов, потому, что нарушения порядка ценообразования здесь быть не может. Потому что цены свободные и никакого порядка нормативными правовыми актами не установлено.

Унтилова И.Л. То есть, на сегодняшний день в действиях «Камчатнефтепродукта»  вы не видите нарушений?

Порфирьева С.Н. Признаков нарушения антимонопольного законодательства нет в части установления монопольно высокой цены. Потому что не может быть монопольно высокой ценой при рентабельности, не превышающей 10 процентов.

Петров А.В. Это то, что они показывают. Они показывают, что у них рентабельность, они показывают все свои затраты, которые они нам дают, мы не можем найти нарушения.

Унтилова И.Л. Я понимаю, они показывают.

Петров А.В. Просто не можем. Здесь нужно искать, глубже копать. Глубже смотреть, чтобы посмотрели вообще саму логистику поставки нефтепродуктов на Камчатку.  Это должно ваше министерство, вы должны смотреть.

Унтилова И.Л. У нас нет, подождите, Андрей Васильевич. Вы не можете вмешиваться в действия хозяйствующего субъекта?! И мы не можем вмешиваться в действия хозяйствующего субъекта!

Петров А.В. Обстановкой вы должны владеть.

Унтилова И.Л. Подождите, мы владеем обстановкой. Скажите, вы можете инициировать, условно говоря, какие-то совместные действия? Реально вы же видите, что идет нарушение? Что сегодня, да, на бумаге написано одно, в реалии получается другое.

Петров А.В. Нет, такого у нас нет. У нас нет ни одного документа, где бы что-то чему-то противоречило. Они под каждое свое письмо дают документы, которые подтверждают все, понимаете? У нас нет такого, что они говорят: «У нас повысил поставщик на 30 процентов», а на самом деле он ничего не повысил. Там есть и подтверждающие документы. Есть письма от того же «Востокнефтепродукта»: «Да, мы повышаем цену на такую-то», то есть, все обосновано.

Унтилова И.Л. Тогда скажите мне, экономисты и специалисты, он у нас монополист, он повышает цены в нарушение антимонопольного законодательства.

Петров А.В. Повышает цены. Мы отслеживаем маржу, насколько он повышает цену поставщика на свой процент, понимаете?

Унтилова И.Л. А то, что там в 4 раза повысили транспортные  и так далее? Петров А.В. Если производитель поднял цены на свой продукт, как он может не повысить?

Унтилова И.Л. А то, что увидели специалисты, что там в 4 раза поднята цена на транспортные? Это мы можем не увидеть?

Порфирьева С.Н. Увеличились транспортные достаточно.

Марина Анатольевна. В4 раза, не в 4 раза.

Порфирьева С.Н. Но не в 4 раза.

Унтилова И.Л. Вы это можете увидеть и каким-то образом через это влиять на ситуацию? Вы не можете увидеть или не можете влиять?

Порфирьева С.Н. Нет. Мы не можем влиять. Если глубже копать, понимаете, дело в том, что, опять-таки, я вам еще раз говорю, в чем заключается нарушение антимонопольного законодательства. Мы можем увидеть только установление монопольно высокой цены. Монопольно высокая цена там тоже при рентабельности такой никак не может быть предъявлена им, что они установили монопольно высокую цену. И мы не можем диктовать хозяйствующему субъекту, каким образом осуществлять ему транспортировку, у кого закупать нефтепродукты и т.д. по какой цене. Это мы не можем диктовать.

Унтилова И.Л. Этого никто не может диктовать, включая правительство. Я просто не очень тогда понимаю функцию антимонопольной службы.

Порфирьева С.Н. Функция антимонопольной службы, он не монополист, а занимает доминирующее положение на рынке. Есть положение в законе, которое запрещает определять доминирующее положение. Это опять-таки устанавливать монопольно высокие цены, либо нарушать установленные нормативно-правовыми актами порядок ценообразования. Такого порядка у нас нет, правильно? Цены свободные.

Петров А.В. То есть, нам нечего им.

Порфирьева С.Н. Значит, мы только в части установления монопольно высокой цены.

Суббота М.А. А монопольно высокая цена она какая должна быть?

Порфирьева С.Н. Это цена, превышающая необходимый уровень расходов и прибыли необходимой.

Петров А.В. Необходимой. Там не установлен процент.

Порфирьева С.Н. Необходимой. Он может быть даже 100 процентов. Но если хозсубъект докажет документально, что ему необходима такая прибыль.

Петров А.В. Законодательство, это не мы придумали. Не надо говорить, что мы там что-то.

Унтилова И.Л. Мы не про вас. Мы разбираем ситуацию.

Порфирьева С.Н. Уровень необходимых расходов они нам показали. И эти расходы будут документально подтверждены, правильно? Я, уже сколько раз проверяли, они всегда подтверждают все расходы документально.

Марина Анатольевна. Транспортные тоже?

Порфирьева С.Н. И транспортные, конечно. То, что они, как вы говорите, не учитывают, что с учетом логистики они могли бы выбирать более и пути доставки, из какого порта, какие станции и так далее, это уже не наши вопросы.

Петров А.В. Мы не можем написать, почему вы везете с Ванино, везите с Находки, потому что там дешевле.

Унтилова И.Л. Мы об этом и не говорим.

Петров А.В. Средняя цена поставляется рубль тридцать, ну, грубо говоря, а у вас четыре сорок. Значит, есть какие-то признаки чего-то. Вот так вот нельзя?

Унтилова И.Л. А вы как служба можете инициировать через прокуратуру или другие надзорные органы, если вы видите, что здесь действительно монополист и цена очень высокая? В рамках этой службы вы можете это делать в соответствии с нашим положением?

Порфирьева С.Н. Мы это делаем. И мы предлагаем, и уже предлагали вот Сергею Борисовичу, пожалуйста, давайте.

Унтилова И.Л. У Сергея Борисовича нет этих полномочий.

Порфирьева С.Н. Я говорю, давайте проведем совместную проверку, какие необходимо запросить документы первичные. У вас есть специалисты с образованием.

Унтилова И.Л. Кто должен инициировать эту проверку? Сергей Борисович не может, такой исполнительной властью.

Петров А.В. Почему не может?

Порфирьева С.Н. Мы предлагали ему.

Петров А.В. Почему не правительство?

Унтилова И.Л. Потому что у нас нет таких полномочий, это хозяйствующие субъекты.

Петров А.В. Почему не можете? Ирина Леонидовна, вы секунду выслушайте. Вы хотя бы могли обратиться в прокуратуру?

Унтилова И.Л. Мы обратились. Я пока в данном случае спрашиваю, можете ли вы? Я не обвиняю сегодня службу. Я разбираю ситуацию.

Порфирьева С.Н. Мы только в рамках своих полномочий.

Унтилова И.Л. Ну, в рамках полномочий вы можете обратиться для проведения проверки?

Петров А.В. Конечно.

Унтилова И.Л. Вы обращались сейчас в этой ситуации? Вы же видите все эти цифры. Мы же их не видим, нам их не дают.

Порфирьева С.Н. Я вам еще раз говорю, что мы смотрим только в рамках своих полномочий, что все расходы должны быть подтверждены документально.

Унтилова И.Л. Я вас слышала, (неразб.) там.

Петров А.В. А они подтверждены.

Унтилова И.Л. Я спрашиваю с точки зрения полномочий. Вы же видите ситуацию, что фактически монополист? Цена большая. Да, бумагами подтверждено. Но сомнение-то вызывает, потому что ситуация вот такая. Можете ли вы инициировать в надзорные органы  проверку, которые привлекут соответствующих специалистов?

Порфирьева С.Н. Нет.

Унтилова И.Л.. Не можете.

Порфирьева С.Н. Только в рамках своих полномочий мы проверяем. О какой проверке может идти речь?

Суббота М.А. Обратиться в органы, что вы вот провели проверку антимонопольного законодательства, вроде все нормально, но есть какие-то сомнения, просим. Вот такие полномочия.

Порфирьева С.Н. А в чем сомнения у нас могут быть?

Унтилова И.Л. Вы можете инициировать или нет в рамках ваших полномочий?

Порфирьева С.Н. В рамках мы не обязаны инициировать.

Суббота М.А. Вот они свою эту держат, а вот там, например, свои суда.

Ирина Олеговна. Все, мы услышали. Спасибо, давайте это не комментировать.

Мурзинцев Виктор Юрьевич, зам. министра ЖКХ. Вот то, что сейчас говорили, мы, объясняю, в рамках своих полномочий информацией владеем. Информацию мы мониторим. У нас есть статистика за длительный период времени, что происходит, как происходит. Мы видим картинку, как у них меняется цена. Просто как меняется цена. Фрахта как меняется цена, и перевалка как меняется. И доставка  до газонефтебазы, мы это видим. Но мы глубже копнуть не можем. Мы вот это вот просим. То, что Сергей Борисович и подготовил в ваш адрес обращение, что вы можете взять эту информацию. Мы в рамках своих полномочий ее пока глубже не возьмем. А дальше уже разложить на составляющие. Почему, допустим, они работают с одним танкером? Почему фрахт осуществляют  именно танкером «Санида», которым на протяжении какого-то периода времени предоставляются услуги, имеется контракт? Почему на сегодняшний день «Камчатэнерго» у них фрахт составляет 1300, перевалка на ТЭЦ-1 360 рублей. У «Камчатнефтепродукта» фрахт 2200, перевалка 1593. Вот эти внутренние составляющие. Мы об этом только просим. А дальше уже сообща подключим региональную службу, рынки. Мы глубже влезем, дальше посмотрим. Дальше надо смотреть весь сам процесс. С «Роснефтью», вот вы говорите, да, безусловно, на протяжении длительного периода времени, Министерство ЖКХ, правительство Камчатского края  работает в этом направлении. «Роснефть» неоднократно информировалась, приезжали сюда от них представители. Проводились совещания. Им это не интересно все. Им были предложены на выбор площадки. Они говорили, что дайте нам эти площадки использовать. Площадки для размещения нефтебаз им дать нельзя, это аукцион. Они сказали: мы в аукционе участвовать не будем. На сегодняшний день альтернативы нет. То, что вы говорите про ГУПы, это вообще вопрос сложный. Там конкурента нет. Поэтому вот, конечно, на сегодняшний день найти эту составляющую, как вы говорите, монопольную.

Петров А.В. Давайте вы спланируйте свои вопросы, потому что у нас, на самом деле, мы имеем право накладывать штрафы на не предоставление информации. В нашей части, что касается Камчатского края, это вопрос УПК. Если что касается «Альянса» или «Камчатнефтепродукта», у нас мы переправляем туда по подведомственности, по территориальности и свои предложения можем запросить и так далее. И вообще все нарушения, какие существуют у нас в части монополистов, в части поставщиков, мы всегда информируем центральный аппарат, информируем Хабаровск, где располагаются вот эти представительства. У нас нет ни одного представительства здесь, ни «Альянса», ни «Роснефти». Поэтому мы все это постоянно отправляем. «Роснефть» в структуре, вы знаете. Там нереально за то, что они вот балуют этими ценами, все, чем угодно. Но они платят эти штрафы и продолжают опять нарушать. Что дальше делать, здесь тупик, я не знаю. Сейчас опять начнется. Я не знаю, если на высшем уровне не решат вопрос, возможно, опять начнут этими ценами варьировать. Мы готовы, мы готовы, давайте сформулируйте вопросы. Видите у нас всего на самом деле в этом отделе 5-6 человек (неразб), чтобы рассматривать это на чужих территориях, в чужом субъекте и т.д. Это не наши полномочия, во-первых. Нам по рукам дадут, потому что у нас прокуратура иногда, так сказать, видит все вот. А то, что касается прокуратуры, я, честно говоря, думаю у них гораздо больше полномочий. Это надзорный орган. Они образуют все у себя.

Женщина. Нет, ну надо обратиться за информацией.

Петров А.В. Хотите, я скажу так. Вот мы на протяжении нескольких лет обращались на все и везде. Прокуратура знает все эти скандальные дела и по дорогам, и по нефтепродуктам. У нас были обращения. У нас были обращения и по тарифам. И по чему только не было. Сначала вроде бы все забирают, да-да, начинают работать, а потом все как-то, не знаю почему. Движения нет. Иногда просто (неразб.) обвинил. Прокуратура не дает возможности, не поддерживает.

Порфирьева С.Н. Дело в том, что опять-таки, даже если выявлены  какие-то нарушения, почему они, мы не можем (неразб). И вы тоже говорите, что у вас нет полномочий давать им указания, каким образом осуществлять свою деятельность и т.д. У нас тоже не будет полномочий.

Суббота М.А. Да мы не говорим о полномочиях, мы говорим о выявленных нарушениях.

Порфирьева С.Н. О нарушениях. А чего нарушениях.

Унтилова И.Л. А не о том, как им давать.

Петров А.В. Они подстраховываются бумагами. Они подстраховываются.

Ирина Леонидовна.  А нам нужно решать на территории, на конкретной ситуации.

Порфирьева С.Н. Вот мы говорим, что нарушений не будет.

Мылов Сергей Александрович. Можно мне? Комиссия по борьбе с коррупцией Мылов Сергей Александрович. Я сейчас приведу факты и примеры с 2008 года. Вот тут все, и товарищ Петров, не хочет упоминать один факт. В 2008 году, номер исходящий № 123 от 17.10 мы направляем Петрову запрос, кто является основным владельцем емкостей для хранения топлива в Камчатском крае и каков объем этих емкостей? Поясняю, у нас в Камчатском крае владелец основных емкостей для хранения топлива является «Каматнефтепродукт». Почему это случилось? Я направил этот запрос официальный. Получил от товарища Петрова ответ. Второй вопрос, закон (неразб.) статьи 39 Закона России о следственной информации, поскольку направлено на получение информации о хозяйстве субъекта, общественной деятельности на рынке услуг и не связано непосредственно.

Мурзинцев. Можно поразборчивей?

Мылов С.А., председатель общественной комиссии по борьбе с коррупцией С деятельностью антимонопольного органа. 28.01.2009 года мы получаем жалобу от компании «LS-Петролеум», которая пишет, что они обратились в антимонопольный орган к товарищу Петрову с жалобой, что «Камчтанефтепродукт» отказывается заключать договор хранения по 500 тонн топлива ежемесячно. Они пишут: «Просим оказать помощь, так как в случае заключения договора хранения наша компания существенно снизит отпускные цены для жителей Камчатского края». У нас «Камчатнефтепродукт», и товарищ Петров это знает, является монополистом. Андрей Васильевич, я вас не перебивал. И «Камчатнефтепродукт» не дает никому завезти другой компании с другого региона, с другого завода топливо, потому что договор заключить на простое хранение, хотя емкости «Камчатнефтепродукта» используются где на 50, где на 30 процентов, они держат свое и никого не пускают.

Так вот, по  «LS-Петролеуму» мы  с 2009 года начали переписку с Петровым. Туда, туда гоняют, антимонопольные службы всяких вот. Товарищ Петров ссылается, что это все дело решается в Гражданском кодексе. То есть, это право (неразб.) товарищей. Но, извините, «Камчатнефтепродукт» монополист. Ему невыгодно, чтобы компания зашла и просто хранила за деньги топливо и сама продавала, потому что в том договоре суть какая была, что «Камчатнефтепродукт» стал ставить условия: цену, по какой ты будешь продавать топливо, условия, по каким ты будешь продавать, то есть, навязывать услуги, как монополист. Так вот, чем закончилось. Закончилось тем, что товарищ Петров меня обвинил, что мне для того, чтобы написать жалобу (мы писали жалобы, прикладывали документы), он пишет: поскольку в соответствии с действующим законодательством необходимы факты, то есть, это мне надо требовать как заявителю, нужно собрать факты, требуется мне установить потерпевшего, размер причиненного ущерба и так далее. То есть, собрать весь фактический доказательный материал.

Товарищ Петров не принимал эти жалобы на протяжении года. На протяжении года эта компания не могла заключить договор и завезти топливо. Приплыл. Минуточку, погодите, Андрей Васильевич, я еще не закончили. Видя эту ситуацию, 06.10.2011 года я обращаюсь лично к руководителю ФАС Артемьеву. И пишу там по морскому порту, где прокуратурой выявлены были бездействия антимонопольного органа и приведены представления. Они тоже тут есть.

У меня тут пакет документов приготовлен. Я пишу: «Вас просим провести, почему они отказываются провести проверку по навигации предприятия поставщика-монополиста на хранение топлива, что могло привести к значительному снижению цен на топливо в Камчатском крае». Ну, естественно, пишу, что все это приведет к массовым выступлениям протеста. Как отреагировал ФАС? Дело закончилось тем, что мне пришлось писать в генеральную прокуратуру, что на три моих обращения и пакет документов ФАС России отвечать не стала. Тогда я подал в суд на Артемьева, господина, что же вы делаете, вы не отвечаете, вы фальсифицируете документы. Получилось что? В представлении генерального прокурора ФАС России, что ими нарушены все законодательства и нормы, два решения суда Пресненского, где именно по этим фактам о нарушении законов было признано незаконным бездействие руководителя ФАС Артемьева.

Я этот пакет документов отдаю, чтобы товарищ Андрей Васильевич не говорил, что там этого не обсуждалось. Вот официально видео этих судебных заседаний, где именно об этом мы и говорим, что у нас монополист отказывается заключать договора. Вчера я позвонил этим предприятиям, с которыми был, говорю: «Ребята, а если все-таки вам откроют доступ к хранению?». Они говорят: «А мы уже боимся. Нас так «Камчатнефтепродукт» загнул, что мы не можем». Вопросов нет.  Я позвонил в Башкирию, заводы там наши, они говорят: «Мы, пожалуйста, мы прямые поставки прямо с завода делать, но где вы будете хранить?». То есть, ситуация вокруг цены она просто сама складывается. «Камчатнефтепродукту» невыгоден как монополисту поставщик, который будет своим топливом распоряжаться и завозить на эти заправки. Он просто не дает договор хранения. Или такие условия кабальные, что невозможно. Это все-таки прямой документ, понимаете. Если сейчас товарищ Петров соизволит, он сейчас признал, что он окажется монополист, и в хранении нефтепродуктов у нас больше нету. Есть одна военная база. Она там маленькая и они не имеют права хранить. Монополист по емкостям, по перекачке, по причалу является «Камчатнефтепродукт». И он, вот мы с 8-го года воевали. В 11-м люди ушли, сказали: «Знаете что, с вами мы хотели как лучше». Они прямо пишут в заявлении: «Мы существенно снизим цену». У них есть свой танкер. По 500 тонн в месяц, они по 1000 хотели. Это уже существенное снижение цены. Но хранить, перекачать «Камчатнефтепродукт» не дает и не даст. У Андрея Васильевича все эти документы и жалобы есть. Они просили договор рассмотреть со стороны антимонопольного. Он так и не рассмотрел. Понимаете, вот причина, одна из причин. Можно найти выход, если «Камчатнефтепродукт» даст нормально. Люди готовы за хранение деньги платить. Они пишут: «Мы готовы вас уведомлять, дайте нам хранить топливо и перекачивать». И по поводу предложения.

Предложение все-таки рассмотреть вопрос о том, чтобы «Камчатнефтепродукт» как монополист по хранению топлива и ГСМ разных емкостей дал возможность другим поставщикам прийти на этот рынок, потому что у нас есть чего перекачать. Даже если вы купите топливо дешевое, привезете сюда дешево. Где вы его будете, с танкера качать? Вам никто не даст. «Камчатнефтепродукт» не даст. Андрей Васильевич это прекрасно знает. И вот по поводу Рианта(?). Два года назад, когда мы получили информацию, что планируется такая продажа и что сразу после продажи незаконно поднимутся цены, мы довели эту информацию до всех органов. Даже меня вызывали в ОБЭП, допрашивали там. Но там ясно было сказано, кто находится и что, как только зайдут, цена пойдет в рост. Их не интересует регион, правильно вы отметили.

 «Роснефть» не интересует регион. Мы для них такая мелочь, понимаете? Ну, тут не те объемы. Но тут живут наши дети, понимаете? И они страдают. Вот тут мы должны принять все меры. Во-первых, я знаю, что есть две емкости, которые не до конца закончены. Ко мне люди приходили. Есть. Если разобраться с самой системой хранения и дать альтернативным поставщикам хранить, завозить сюда топливо, нормальный договор, цена сама собой упадет. Будет конкуренция. Вот весь пакет документов, я передаю. Тут вся хронология, все заявления. Я вчера переговорил и с теми людьми. «Да, — говорят, — Если вы решите вопрос хранения, мы готовы зайти на этот рынок, возить сами». Не этим танкером, который единственный, «Камчатнефтепродукт» возит. У них мелкие танкера, двухбортовые. Они тоже доходят, там нет разницы. Но хранить негде. И «Камчатнефтепродукт» просто не дает им.

Петров А.В. Нет, ну давайте так. Сначала тут брошен такой камень. Дело в том, поясню ситуацию с теми предприятиями, которые хотели хранить топливо на базе «Камчатнефтепродукт». Пришел Мылов, действительно, у меня вот эти документы. Я ему говорю: «Сергей Александрович, мне нужны заявители непосредственно, те, которым создаются барьеры»,  и прочее, и прочее. Он говорит: «Работайте через меня». Неоднократно я ему говорил о том, что дайте мне этого человека, кто заявляет. Он их скрывал. Вот сейчас он говорит, он сейчас начинает обвинять, что я якобы, они мне подавали. Ни одного заявления.

Мылов. Андрей Васильевич, лучше не говорите, знаете, у меня все документы оформлены.

Унтилова И.Л. Прошу, коллеги, мы собрались для того, чтобы понять, как нам разрешить эту ситуацию. Дела пятилетней давности, конечно, важны, Андрей Васильевич, но разговаривать надо было тогда, наверно, отвечать, а не сейчас.

Петров А.В. Ситуация такая. У нас даже конфликт с ним был. Я на него написал заявление, что он злоупотребляет своими корочками, полномочиями.

Унтилова И.Л. Андрей Васильевич, не тема сегодняшнего разговора.

Петров А.В. Хорошо. Что касается хранения. Значит, у нас были прецеденты. Кроме этих предприятий обращалась к нам компания «Аэросфера». «Солнечный ветер» это да, это подразделение «Камчатнефтепродукта», это понятно. Они там не будут претензий предъявлять. «Аэросфера», значит, написали заявление, что им не разрешают хранить завезенное топливо. Мы разрешали года полтора. Мы все-таки заставили. Кучу судов прошли, но заставили «Камчатнефтепродукт» принять это топливо на хранение. И, в принципе, топливо было принято. Но когда пошли дальнейшие разбирательства, кто-то там еще хотел, они предоставляют документы. У них, оказывается, все емкости дырявые, не сертифицированы, что они не имеют возможности в них хранить. А то, что осталось, у них только для своих нужд. Поэтому «Камчатнефтепродукт» начинает выворачиваться, понимаете. Не можем его заставить снизойти. Они предоставляют экспертные заключения по каждой емкости нам. И говорят, как мы будем заключать договор, если мы не можем его туда поставить, во-первых, дырявый и нельзя смешивать. Там было, нельзя смешивать разные марки бензинов, соляр, керосина и так далее. То есть, они все эти заключения экспертов нам предоставляют. Это не просто так, Сергей Александрович, взял так разрешил.

Унтилова И.Л. Мы услышали. Я опять возвращаюсь к вопросу, который прозвучал 10 минут назад, условно говоря. Что в этом случае, сегодняшний случай, документы предоставили очень красивые. Они не вызывают у вас сомнения? Но вы же на этой земле живете? Вы же видите ситуацию?

Петров А.В. Секундочку. Не надо повышать голоса. Мы работаем в отличие от некоторых.

Унтилова И.Л. Некоторые – это мы?

Петров А.В. Не знаю. Нет, конечно. Вы, наверно, хорошо работаете. Я просто говорю, что в этой ситуации, вы, прежде всего, правительство должно уметь руку на пульсе держать. Вы должны смотреть, просматривать, что для края выгодно, что не выгодно. Почему  у нас появляются такие вот компании, которые с такой ценой и прибылью бешеной.

Унтилова И.Л. Так мы вас и спрашиваем, почему у них такая цена?

Петров А.В. На единого  поставщика почему-то все заключено. Вот это тоже непонятно.

Унтилова И.Л. Так еще раз задаю вопрос. Мы видим, как уже доложило министерство, они видят внутреннюю составляющую и так далее, но у нас сегодня нет полномочий задать им вопрос. Мы пользуемся чем угодно.

Петров А.В. Для чего правительство, если правительство не имеет полномочий. Законодательный орган, исполнительный орган?

Унтилова И.Л. Подождите, вы почему не имеете полномочий?

Петров А.В. Мы имеем полномочия. В наших полномочиях мы работаем.

Унтилова И.Л. И мы работаем в наших полномочиях, которые определены федеральными законами. Но у меня вопрос к службе. Вам представили красивые документы. Но вы же видите, что ситуация не такая, какая есть.

Порфирьева С.Н. Как мы можем это увидеть.

Петров А.В. На самом деле, откуда мы увидим.

Унтилова И.Л. Вы в вакууме живете? Ну, маленькая территория, вы же видите.

Петров А.В. Что значит маленькая территория? Что значит маленькая территория?

Унтилова И.Л. Когда, получается, вам дали документы, вы написали все хорошо, сложили и все. Так получается?

Петров А.В. Они обосновали каждое свое слово, каждую свою квитанцию. Обосновали, понимаете. У них все подложено. Как мы можем усмотреть? Дальше вы проверяйте, посмотрите.

Унтилова И.Л. Вы не ответили на вопрос первый. Я как раз провожу логику. Если вы видите ситуацию, все-таки монополисты, и все-таки держат эту монополию, вы можете инициировать проверку надзорных органов, которые в свою очередь привлекут специалистов из МинЖКХ, и еще откуда нужно. Вы можете это инициировать.

Петров А.В. А почему вы не можете инициировать?

Унтилова И.Л. Так да или нет?

Петров А.В. Вы же можете инициировать?

Унтилова И.Л. Потому что у нас нет этой информации, мы ее собираем. У нас нет того пакета документов, который вам дают.

Петров А.В. Мы каждую неделю губернатору отправляем полностью точно такие же данные по нефтепродуктам, как и полпредству, как и в Центральный аппарат. Почему вы не владеете ей? Мы каждую неделю вам даем данные.

Унтилова И.Л. О чем?

Петров А.В. По мониторингу цены.

Унтилова И.Л. Какую цену? А я вам говорю о составляющей, которая вызывает вопросы. У нас-то этих данных нет. Мы их берем, непонятно, как можно взять запросами и дадут или не дадут, а у вас-то они все есть.

Петров А.В. Я вас прошу не надо на нашу маленькую службу с 17 человек вместе с уборщицей, бухгалтером и секретарем и водителем. Вся это тема Камчатского края. У вас министерство, у вас десятки человек сидят в каждом министерстве, я не вижу толку.

Унтилова И.Л. Я вам задала вопрос: «Вы можете регулировать?».

Порфирьева С.Н. Позвольте, я скажу.

Унтилова И.Л. Подождите, я спрашиваю руководителя.

Петров А.В. Она специалист.

Унтилова И.Л.. Нет, подождите. Спрашиваю руководителя, в ваших полномочиях инициировать проверку через надзорные органы или нет этих полномочий. Я пытаюсь полчаса ответить конкретно.

Порфирьева С.Н. Вы не даете ответить. Я вам еще раз говорю, что если мы увидели в результате проверки признаки нарушения иного законодательства, мы обращаемся в прокуратуру. Но какого иного законодательства здесь будет нарушение? Мы не видим. Нашего законодательства нарушения нет.

Унтилова И.Л. То есть, сегодняшняя ситуация, когда вы видите, что у нас один монополист установил определенную цену. Сегодня вам рассказали, почему они установили. Неважно, что 4 раза повышалось составляющая на транспорт.

Порфирьева С.Н. 4 раза, а не в 4 раза?

Унтилова И.Л. Вы не считаете нужным инициировать или не имеете на это право? Ответьте на один вопрос. Я не пытаюсь сказать, что вы в этой ситуации правы или виноваты, я пытаюсь узнать ваши полномочия.

Петров А.В. Вы с таким напором это говорите о том, что мы бездействуем где-то.

Унтилова И.Л. Я не говорю, что вы бездействуете. Я задаю вопрос и пытаюсь понять.

Петров А.В. Задавайте тогда нормальным тоном, пожалуйста.

Унтилова И.Л. А что, разве ненормальный тон?

Петров А.В. Вы начинаете напрягать просто напросто, что мы ничего не делаем.

Унтилова И.Л. Нет, я никого не напрягаю. Просто, наверно, учительская привычка. Если я не слышу ответ, я пытаюсь дальше дойти. Ответьте, пожалуйста, Андрей Васильевич.

Порфирьева С.Н. Мы можем обратиться в правоохранительные органы, если видим нарушения какого-то иного законодательства, но не нашего. Но в данном случае признаки нарушения иного законодательства мы не видим. И если коллеги подскажут, что может быть нарушено «Камчатнефтепродуктом» в результате этих действий, какое законодательство и какие нормы закона, мы с удовольствием послушаем.

Унтилова И.Л. А что такое иное законодательство?

Порфирьева С.Н. Не наше.

Петров А.В. Не антимонопольного регулирования, понимаете. У нас есть свои законы.

Унтилова И.Л. Это я понимаю.

Петров А.В. Там все расписано.

Унтилова И.Л. Иное законодательство, какое именно законодательство?

Порфирьева С.Н. Какое именно он нарушает, «Камчатнефтепродукт». Что именно он нарушает, какие нормы, чтобы мы ему могли, либо какие-то иные органы смогли указать в предписании, каким образом нужно действовать. Что именно он нарушает?

Унтилова И.Л. Нет, я в ответ сказала, что если вы видите нарушение иного законодательства, вы можете обратиться. Что значит иное законодательство, что вы можете увидеть иного?

Петров А.В. Мы всегда обращаемся. Не пропускаем никогда.

Порфирьева С.Н. Когда мы видим недобор. Об автодорогах мы видим. О почте рассматривали. Закон о почте.

Унтилова И.Л. Коллеги, пожалуйста, по существу.

Мылов. Минуточку, я вот по существу, да. Ну, вот у меня был случай (неразб.) на эти же емкости предоставили один паспорт. Они заказали повторную экспертизу. А повторная экспертиза показала, что емкости хорошие. А кто мешал провести.

Унтилова. Есть хороший пакет документов.

Мылов. Андрей Васильевич, вы на малом бизнесе очень хорошо рассказывали, как вы с Россельхознадзором заходили, у них компьютеры изымали, все делали. Что у вас сейчас полномочия увеличились. Вот кто вам мешает? Вы знаете, что монополист по хранению.

Петров А.В. Дело в том, что в Россельхознадзоре мы видим, что они нарушают. Они создают барьеры малому бизнесу.

Мылов. А это что?

Петров А.В. А здесь мы не видим. Здесь по закону, то, что есть у нас, абсолютно не наши полномочия. Здесь должны работать  прокуратура, правоохранительные органы, администрация, в конце концов. Вы должны собирать, все это решать, какую-то логистику выстраивать. Это же огромный процесс. У нас нет ни законодательного, ни исполнительного в этом плане, распорядительной, точнее, функции. Мы не обладаем никакими средствами. Мы не можем даже ни создавать, ни ликвидировать, ничего. У нас контролирующий орган. Понимаете, в чем дело?

Мылов. Так контролируйте.

Унтилова И.Л. Мы вас не просим ни создавать, ни ликвидировать. Мы просим только в рамках возможностей, равно как мы просим и прокуратуру, чтобы вы направили, чтобы вы провели проверку и дали нам заключение. Есть нарушения или нет нарушений. Я сейчас понимаю, что вы нам дадите ответ, что нарушений нет, что там все хорошо.

Порфирьева С.Н. Конечно.

Петров А.В. Давайте так. Значит, еще раз, наше предложение. Давайте сформулируйте вопросы. Сформулируйте все вопросы, кто у вас, там службы занимаются этими вопросами. Все вопросы, интересующие вас, давайте мы со своими полномочиями мы зададим. Мы имеем право задать вопросы. Если наших не хватит полномочий, значит, Центральный аппарат подключится к этому вопросу. Мы зададим, мы найдем эту информацию. Вы правильно задайте вопрос, потому что это не входит уже в наши рамки, нашей компетенции, вот в чем вопрос.

Мылов. Андрей Васильевич, Сергей Борисович в ваш адрес 14-го числа, (шире уже некуда, да?) подготовил обращение, в котором он указал, что я уже говорил ранее, что аналогичные расходы, есть сравнить с чем по фрахту, и просил вас при проведении проверки прогнозировать розничные цена на топливо, уделить особое внимание ценообразованию расходов по логистике. Логистика это и есть фрахт, это перевалка. Анализируя информацию, которой вы обладаете.

Петров А.В. Вы представляете какой-то объем?

Мылов. Андрей Васильевич, я прекрасно понимаю, что это трудно. Но мы же не отказываемся помогать. У вас есть рычаги механизма пополнения информации. Я вот вижу, только понятно, что при расчете цен на нефтепродукты, при формировании цен на перевалку за 2013, 2014 годы, его итоговая по формированию цены в 2013 году было 98 миллионов рублей, а в 2014 уже 123. Мы видим, но вы глубже можете видеть, почему у него скаканули, допустим, (неразб.) Камчатки.

Петров А.В. Я не располагаю этими компаниями, то, что вы говорите.

Мылов. Эта информация та, которая представляется «Камчатнефтепродуктом» в ваш адрес. Но глубже мы ее не видим, да. Конечно, мы не можем у них запросить, почему у них материалы и запчасти в 2014 году 47 тысяч, а в 2013 году.

Петров А.В. Давайте вместе действовать.

Унтилова И.Л. А вы это письмо видели? Оно от 14-го числа.

Петров А.В. Вчера.

Суббота М.А. Это письмо, мы договаривались, что, безусловно, пожалуйста, мы вам поможем. Но мы с вашей помощью, вы сформулируйте, какая необходима именно первичная, какие документы необходимы запросить. Мы эту информацию запросим. Но обработать, наверно, предоставим вам.

Петров А.В. Потому что это больше аналитика, тут надо весь регион смотреть. Правильно?

Суббота М.А. Пожалуйста.

Унтилова И.Л. Скажите, пожалуйста, вы нам дадите, мы ее обработаем, например, что-то выявим, да. Дальше у вас полномочия, мы вам передаем, у вас есть полномочия обратиться куда-то с этим? Вот мы же ее, по идее, неофициально обработаем, да? Вы нам дали, мы ваши рабочие руки, да? Дальше-то у вас будут полномочия ее довести до конца? Если мы находим.

Порфирьева С.Н. А что именно вы находите? Какие-то нарушения, в чем именно?

Унтилова И.Л. Ну, вот смотрите, если все-таки говорить о формировании наценки, есть определенные моменты, которые могут быть включены в наценку, а потом могут быть перенесены на другие затраты и тем самым они вам показывают, что у них наценка не превышает. Могут быть такие калькулирования, например, затрат? Разница. Во-вторых, если мы говорим, что у них товарное судно используется и там нарушена эта транспортная, тоже же можно на этом найти? Или же опять это не ваши полномочия, мы это сделаем, а дальше.

Порфирьева С.Н. Вот это как раз и не наши полномочия. Цена завышена, допустим. А они скажут, а что мы нарушили? Порядок ценообразования? Это хозяйствующий субъект, и мы не можем вмешиваться в его ход деятельности. Поэтому мы и предлагаем каким-то образом рассмотреть вопрос о возможности создания на территории Камчатского края альтернативного поставщика в лице…

Унтилова И.Л. Хранения-то нет. Где хранить будут-то?  А если  это строить, это.

Порфирьева С.Н. Я и говорю, что рассмотреть вопрос.

Мурзинцев В.Ю.. Мы рассматривали его, рассматривали. И продолжаем работать по поиску альтернативных поставщиков. Но единственное, что площадку для хранения, потому что на  сегодняшний день «Камчатнефтепродукт» не будет предоставлять, и это факт, который нужно проходить. По территориям, на которых можно размещать, понесем убытки по формированию земельного участка, это аукционы по законодательству. Поэтому, что Светлана Николаевна говорила, в какой-то части.

Порфирьева С.Н. В какой-то части, да.

Мурзинцев В.Ю. Эти моменты они соединены.

Порфирьева С.Н. А в такой части, что это емкости,мы тоже не можем его обязать. Если они для собственных нужд, они часть емкостей, они не оказывают услуги именно по хранению топлива, правильно. Поэтому каким-то образом обязать заключать договора.

Петров А.В. Полтора года мы все это пробивали, чтобы заставить их хранить. Мы заставили. Но полтора года они, чего только не было. И так крутили и этак. И емкости  плохие, один эксперт, вторая экспертиза. И сейчас будем давить, они  опять-таки начинают, опять бочки продырявились или еще что-то. Они нормативные документы предоставляют, что нельзя солярку с разных мест, ее нельзя хранить в одном месте и так далее. Мы с удовольствием бы их заставили, чтобы они хранили, но как? Они документами обладают всеми.

Мурзинцев. Андрей Васильевич, то, что Ирина Леонидовна говорила, мы в прокуратуру подготовили. Но вы совместно с прокуратурой, у вас больше для этого полномочий влезть глубже. Понятно, что не выявлен факт нарушения законодательства. Но вопросы-то остаются. Если возникают вопросы в части емкостного парка, они предоставляют вам документы. А прокуратура, допустим, готова провести проверку, привлечь Гостехнадзор для этого, в котором есть вся информация, проходили ли они экспертизу, есть ли у них на учете и для регистрации как опасный объект эти емкости. Если полностью есть емкости, а они предъявляют вам фиктивные документы, это тоже вопрос, понимаете? В этом глубже рассмотреть.

Петров А.В. Я понимаю. Почему все время складывается на нашем маленьком управлении? Почему не может министерство само посмотреть?

Унтилова И.Л. У нас нет этих бумаг, цифр этих нет.

Петров А.В. Ну, можете вы, можете достать. У вас есть губернатор, у которого все это есть.

Унтилова И.Л. У нас нет первичной информации, Андрей Васильевич.

Петров А.В. У вас есть прокуратура, в конце концов. Это ее полномочия. У нас есть законодательство.

Унтилова И.Л. Спасибо, Андрей Васильевич.

Мылов. Можно маленькую ремарку? Понимаете, эти емкости можно сдать и в аренду предпринимателям. Они отремонтируют,  пройдут технадзор и будут пользоваться. Но они тоже не идут на это.

Петров А.В. Видите, что проблем много.

Суббота М.А. Коллеги, я так понимаю, что спасение утопающих дело рук самих утопающих. Поэтому давайте думать, что мы можем данной ситуации сделать.

Суббота М.А. Давайте начнем эту проверку совместно. Пожалуйста, мы запросим документы и попробуем и посмотрим, что выявим, а потом уже будем говорить по фактам.

Унтилова И.Л. Если бы у нас была первичная информация, то мы бы давно уже сами сделали, на которую можно ссылаться. У нас нет этой первичной информации. И отсюда, естественно, мы задаем вопросы. Кто нам ее может дать в рамках полномочий и инициировать этот вопрос. С чего мы, собственно, начали этот разговор. Давайте начнем, вам что надо сделать?

Суббота М.А. Во-первых, мы предложили уже провести совместную проверку, чтобы, может быть, как в качестве эксперта специалиста нашего, который наделен знаниями в области ценообразования.

Унтилова И.Л. Что для этого надо?

Суббота М.А. Вы должны нам посоветовать человека, выделить Мы создадим приказ о проведении совместной проверки. Будем плотно работать. Мы ждем от вашего специалиста сформулировать перечень необходимых документов, которые.

Унтилова И.Л. Мы можем проводить проверку? Или мы можем только эксперта направить по приглашению проверки, при проведении проверки (неразб.).

Мурзинцев. Самостоятельно провести проверку правительство, конечно же, не может. А участвовать в проверках, которые  проводят уполномоченные органы, может.

Петров А.В. Вот у нас был прекрасный опыт лет пять назад по ООО «Октава», когда порт завысил цены по тарифам. Наши специалисты вместе с вашими сели вместе и разработали. Мы передали все, инициировали. Сначала мы решили напрямую пойти, служба по тарифам, нам дали по рукам, что не ваши полномочия, вы должны проходить только через Центральный аппарат. Значит, мы это же самое сделали через центральный аппарат. Головнов был членом комиссии, и он пробил эти тарифы, которые пришли к нам. Мы в три раза понизили цену тогда. Вот это был совместный опыт. Вот давайте еще раз таким образом сделаем. Если у нас не получается, просто мы не специалисты. Быть может, у вас где-то есть.

Мурзинцев В.Ю. Конечно, мы не отказываем.

Унтилова И.Л. Делается приказ. И мы придем.

Петров А.В. Вы готовность проявляйте.

Суббота М.А. Сергей Борисович (Кондратьев. – министр ЖКХ. Ред.)  обещал. Мы об этом говорили. Сказали, что перезвонят, выделят специалиста.

Унтилова И.Л. Ждут приказ о проведении проверки?

Суббота М.А. Да.

Унтилова И.Л. А уж специалиста мы найдем на основании этого приказа.

Суббота М.А. Хорошо. Ну, если это будет совместная проверка, желательно.

Унтилова И.Л. Совместной проверки быть не может. У нас нет полномочий. Мы можем участвовать. Возвращаемся к началу разговора.

Петров А.В. Еще раз скажу вот, что касается экспертизы. Нам выделили 1 тысячу рублей на весь год на эксперта, нашему управлению. Понимаете, что это такое? Пока ничего, мы ее не используем, потому что ни один эксперт за тысячу рублей не будет работать. То есть, у нас финансирования нет.

Унтилова И.Л. Без вопросов.

Петров А.В. Поэтому в части экспертиз, проведение с вашей стороны, пожалуйста.

Ж. Эксперт по согласованию, давайте так, мы дадим.

Суббота М.А. Завтра же направим. На базе одна, чтобы подготовить ей запрос, нужно грамотно сформулированный перечень необходимых документов. Потому что, действительно, найти таких специалистов.

Унтилова И.Л. Этот понятно. Если бы мы это сделали, хотя бы недели две назад, понимая, что цена вот так вот увеличивается, тогда бы мы не получили те социальные напряженности, которые.

Суббота М.А. Они васза сколько уведомляют о повышении?

Порфирьева С.Н. Каждый раз одновременно они и вас уведомляют.

Мурзинцев. А нас-то не уведомляют.

Петров А.В. Уведомляют. У нас идентичные письма в два адреса, в наш и в ваш.

Суббота М.А. Согласовывается. Нам электронкой поступило письмо, что они собираются повысить цену. С учетом того, когда придет новая партия, мы будем вынуждены пропорционально увеличить. То есть, оснований для проведения проверки, на основании этой информации, понимаете? Это уведомительный характер пока месяца через два приходит партия.

Унтилова И.Л. А сейчас вы на основании чего проверку объявите?

Суббота М.А. На основании поступивших обращений от прокуратуры, Правительства Камчатского края.

Петров А.В. От жителей, от всех структур.

Унтилова И.Л. Коллеги, кто еще желает выступить, пожалуйста. Ну, тогда будем подводить черту. Проверку проводить надо. Тогда, лучше поздно, чем никогда, поэтому вы инициируйте, давайте приглашение. Мы вам дадим специалиста, который впоследствии будет отрабатывать свои цели. А, Елена Николаевна, да. Дадим специалиста, который будет отрабатывать свою часть в рамках необходимых. Как вы предполагаете, сколько продлится эта проверка?

Петров А.В. Я не думаю, что долго.

Суббота М.А. Они вам оперативно дают информацию?

Петров А.В. Оперативно. Мы им даем срок.

Суббота М.А. Должны разумные сроки давать. Если эта информация готовая, 2-3 дня. Если у них есть эта готовая информация, не требуется каких-то специальных выборок и так далее. Ну, можно пойти сразу завтра, послезавтра какой-то ряд документов. Желательно один день.

Унтилова И.Л. Вы издаете приказ о проведении проверки.

Суббота М.А. Мы издадим приказ. Да, мы издадим приказ. Но самое главное, что ждем сейчас от вас, это перечень информации, которую необходимо запросить, понимаете. Конечно, есть кандидатуры. Но мы так и не получили ничего.

Петров А.В. Просто, понимаете, в чем дело. То, что мы запрашиваем, мы можем запросить то, что они дали нам весь этот расклад о рентабельности и прочее, прочее. Значит, мы запросим подтверждающие документы.  Они их предоставят 100 процентов. Они предоставят, и все они будут подтверждены. Это мы все время так делаем, и они всегда предоставляют эти документы. И они будут подтверждены 100 процентов. Здесь надо копать глубже. Глубже надо смотреть. На самом деле, на каком основании вот эту вот логистику. Они эту логистику подтвердят, они нам предоставят, все подтвердят. Но дело в том, что здесь нужно смотреть другие какие-то рычаги. Почему именно так  доставляют топливо.

Ж.  Обычно на поверхности лежит. Не устроит результат, мы полезем тогда дальше. Ну, вот это на поверхности лежит, у нас уже тридцать с лишним вопросов, зрительно вот взять, мы набросали. Потому что в 26 раз увеличить статью затрат на материалы и запчасти от года в год. Один вопрос возник, а почему в 26 раз увеличение. Так вот в 15 раз там увеличился, потом 16 процентов увеличение на топливо. И почему у них налоги увеличиваются. Почему у них балансировка 20 процентов рентабельности. (неразб.) Вот что, вот отсюда посмотреть. А потом, если не найдем где корень зла, пойдем смотреть все остальное.

Петров А.В. То, что вы вытащите больше, вы специалисты, вы экономика.

Ж. Если вы нам подтверждаете документы, дальше мы смотрим обоснованность.

Унтилова И.Л. А вы эти документы уже видели, вот эти договора? Ж. Раскладывайте, я просто оценю.

Унтилова И.Л. Ну, а вы там, что у них там рентабельная, не рентабельная, что реклама и так далее, у вас не вызвало вопросов?

Порфирьева С.Н. Вообще дело в том, что, я еще раз говорю, вот эти документы к нам пришли вот только, здесь документов подготовили (неразб.).

Унтилова И.Л. Хорошо, коллеги. Мы тогда завершаем работу и надеемся на совместную работу в дальнейшем.

express-kamchatka.com

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Оставить комментарий

Powered by WordPress | Designed by PureID
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru